четырехразовых выступлений перед сеансами в огромных новых кинотеатрах, которые росли, как грибы, - но, что было куда важнее, с самого детства, когда ее сестренка-близнец скоропостижно умерла от истощения за кулисами цирка в Дублине, наша Бесси больше всего на свете ценила .Уверенность В Завтрашнем Дне в любом виде. Так или иначе, но весной 1925 года, после гастролей, и не ахти каких удачных, в бруклинском театре "Олби", когда мы, все пятеро, болели корью в невзрачной квартирке - три с половиной комнатенки в старом манхэттенском отеле "Алама" и Бесси подозревала, что она опять беременна (что оказалось ошибкой: наши младшие, Зуи и Фрэнни, родились позже, он - в 1930-м, она - в 1935 году), наша Бесси вдруг обратилась к преданному ей поклоннику "с огромными связями", и отец получил спокойное место, и с тех пор, неизменно, годами величал себя не иначе, как "главным администратором коммерческого радиовещания", чего никто и никогда не оспаривал. Так официально закончились затянувшиеся гастроли эстрадной пары "Галлахер и Гласс". И тут я хочу особо подчеркнуть и как можно достовернее доказать, что это необычное мюзик-холльно-цирковое наследие несомненно и постоянно играло очень значительную роль в жизни всех семи отпрысков нашего семейства. Как я уже говорил, двое младших стали просто профессиональными актерами. Но влияние наследственности сказалось не только на них. Например, моя старшая сестра Бу-Бу по всем внешним признакам - обыкновенная провинциалка, мать троих детей, совладелица гаража на две машины, и однако она в особенно радостные минуты жизни готова плясать до упаду, и я сам видел, к своему ужасу, как она отбивала - и очень лихо - чечетку, держа на рука
