все!". Но тут Уэйкер, захлебываясь слезами, перебил отца. Нет, мальчику вовсе н_е х_о_т_е_л_о_с_ь "вволю покатать-с я" - он хотел иметь с_в_о_й в_е_л_о_с_и_п_е_д. У этого мальчика н_и_к_о_г_д_а не было с_о_б_с_т_в_е_н_н_о_г_о велосипеда, а он всегда мечтал иметь свой собственный велосипед. Я взглянул на Симора. Он вдруг заволновался. По его лицу было видно, что он всех их очень любит, но стать на чью-нибудь сторону в таком сложном вопросе никак не может. Однако я знал по опыту, что сейчас в этой комнате чудом воцарится полнейший мир. ("Мудрец вечно полон тревоги и сомнений, прежде чем что-либо предпринять, но оттого ему всегда и сопутствует успех". Тексты Чжуан-цзы, книга XXXVI.) Не стану на этот раз подробно описывать, как Симор хотя и несколько путано, что ли, - мне трудно найти подходящее слово, - но все же настолько разобрался в самой сути дела, что через несколько минут все три противника уже мирились и целовались. Хотя мне трудно доказать то, что я хочу - это для меня дело слишком личное, - но, по-моему, я как-то все объяснил. Однако то, что Симор крикнул, вернее подсказал мне, в тот вечер, в 1927 году, когда мы играли в "шарики", мне кажется настолько важным и существенным, что придется еще немного на этом остановиться. Впрочем, стыдно сказать, но, на мой взгляд, сейчас самое важное и самое существенное только то, что сорокалетний братец Симора, весь напыжившись от гордости, радуется оттого, что ему подарили наконец велосипед "Дэвега", который он волен отдать кому угодно, - предпочтительно первому же, кто попросит. У меня такое ощущение, что я сам думаю, верней р_а_з_м_ы_ш_л_я_ю, п_р_а_в_и_л_ь_н_о ли сейчас перейти от одних псевдо
